Среда, 15.08.2018, 10:54
Приветствую Вас Гость | RSS

Моя жизнь.Сайт Ежовой Анны

Женщины и война

Главная » Файлы » У войны не женское лицо

Сценарий Литературно-музыкальная композиция о любви и войне.
07.12.2010, 23:36
9 Мая. День Победы
Рио-Рита.
Литературно-музыкальная композиция о любви и войне.
Основой сценария являются письма, сти¬хи и песни участников Великой Отечес¬твенной войны, многие из которых не дожили до Победы.
Участвуют 5 девушек и 5 юношей

Танцевальная площадка. Звучит Рио-Рита». 

Городок провинциальный, летняя жара, 
На площадке танцевальной - музыка с утра. 
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот, 
На площадке танцевальной - сорок первый год.
Ничего, что немцы в Польше, но сильна страна.
Через месяц и не больше кончится война. 
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот, 
На площадке танцевальной - сорок первый год.
Городок провинциальный, летняя жара, 
На площадке танцевальной - музыка с утра. 
Рио-Рита, Рио-Рита, соло на трубе, 
Шевелюра не обрита, ноги при себе.
Ничего, что немцы в Польше, но сильна страна. 
Через месяц и не больше кончится война. 
Рио-Рита, Рио-Рита, вертится фокстрот, 
На площадке танцевальной - сорок первый год.

(Слова Геннадия Шпаликова. Музыка Сер¬гея Никитина).

Танцуют пары. Девочки в светлых платьях, мальчики в белых рубашках. Шутки. Смех. Рез¬ко прерывается музыка. Все пары застывают. Звучат 1-й куплет и припев пес-ни «Священная война». Дальше картинки замедленного немого кино. В свете мерцаю-щего фонаря пары распа¬даются. Юноши берут вещмешки, прощаются и уходят. Де-вушки надевают темное: платки, коф¬ты, телогрейки и т.д. Они с грустью и тревогой смотрят вслед уходящим солдатам. Гаснет свет. Звучат пулеметные очереди. Рокот са-молетов. Взрывы и выстрелы.

И та, что сегодня прощается с милым,
Пусть боль свою в силу она переплавит.
Мы детям клянемся, клянемся могилам,
Что нас покориться никто не заставит.

Юноша в солдатской форме берет гитару и исполняет песню «Жди меня» (слова К.Симоно¬ва, музыка М.Блантера), а на заднем плане ос¬вещается девушка, которая за-клеивает окна крестами.

Жди меня, и я вернусь,
Только очень жди.
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди;
Жди, когда снега метут;
Жди, когда жара.
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет.
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Не жалей добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня.
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души...
Жди - и с ними заодно
Выпить не спеши.
Жди меня, и я вернусь
Всем смертям назло. -
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: «Повезло».
Не понять не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил - будем знать
Только мы с тобой.
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

Через зал натянуты нити, по которым пере¬двигаются солдатские письма (треуголь-ники). На сцене появляются девушки и юноши. Де¬вушки снимают письма и начинают читать их, голос писавшего юноши подхватывает и про¬должает письмо. (В этот момент освещаются только эти два человека).

25 октября 1941 г.
«Здравствуй, моя Варя! Никогда я не про¬жил бы жизнь так, если бы не ты, Варя. Ты помогала мне всегда - на Халхин-Голе и здесь. Наверное, все-таки кто любит, тот доб-рее к людям. Спасибо тебе, родная! Человек ста¬реет, а небо - вечно молодое, как твои глаза, в которые только смотреть да любоваться. Они никогда не постареют, не поблек-нут. Про¬йдет время, люди залечат раны, люди пос¬троят новые города, вырастят новые сады. Наступит другая жизнь, другие песни будут петь. Но никогда не забывайте песню про нас, про трех танкистов. У тебя будут расти красивые дети, ты еще будешь любить. А я счастлив, что ухожу от вас с великой любовью к тебе.
Твой Иван Колосов».

7 декабря 1941 г.
«Дорогая Маша! Вот я и на фронте. Уже слышу стрельбу в соседнем лесочке. Там наши моряки отбивают очередную атаку фашистов. Враг настойчиво рвется вперед. Но ты поверь мне, Москву мы не отдадим ни за что. Разгром врага под Москвой неминуем. Это будет нача¬лом его полного разгрома. Перед нами стоит благородная задача - очи-стить советскую зем¬лю от фашистских варваров, чтобы наши дети - будущее нашей Родины - жили спокойно и не знали, что такое война. Я уверен в нашей побе¬де. Мне скоро выпадет счастье бить врага. Дорогая жена! Помни, в этой битве я либо буду ге-роем, либо погибну за великое дело нашего народа.
Целую, твой Георгий».

1 мая 1942 года.
«Боевой первомайский привет! Дорогие Фаинушка и Алюсик! За последнее время получил шесть писем от вас, вот это праздник! Вообще письма получаю очень редко в связи с особыми условиями работы, но зато сразу пачками... Сей¬час нахожусь на тер-ритории Ленинградской об¬ласти, в «гостях» у «фрицев», живу с ними «друж¬но», знаем и ненавидим друг друга от всей души: они - за «беспокойную жизнь», ну а мы за все: за кровь, за муки, за издевательства. То, что ты читаешь в газетах или слышишь по ра¬дио, - это ничто в сравнении с тем, что видим почти ежедневно мы... Я здоров душой и те-лом, желаю и надеюсь, что и у вас в этом отношении обстоит все благополучно. Беспо-коит только вопрос с питанием у вас. Ведь я знаю, что с этим сейчас трудновато... Пока писать больше нечего. Постарайся связаться с мамой.
Крепко целую. Твой Шура»

21 февраля 1943 г
«Дорогая Лида! Только что кончилось ком¬сомольское собрание. Почистил автомат, поку¬шал. Комбат говорит «Отдыхайте лучше, завт¬ра бой». Я не могу уснуть. В окоп-ном блиндаже нас шесть человек, седьмой на посту. Пятеро уже спят, а я сижу возле печурки при свете гасилки и пишу это письмо. Завтра, как вста¬нем, передам его связ-ному. Интересно знать, что-то ты поделываешь сейчас? У нас на фрон¬те как стемнеет немного, так и ночь. А у вас в тылу - электрический свет. Поди, ложитесь спать часов в двенадцать. Я часто вспоминаю тебя, Лида, много думаю о тебе. Вот и сейчас хочется поговорить с тобой обо всем, что чув¬ствую, что переживаю... Лида, я видел, как умира-ли мои товарищи. А сегодня комбат рас¬сказал случай, как погиб один генерал, погиб, стоя лицом на запад. Я люблю жизнь, хочу жить, но фронт - такая штука, что вот жи-вешь, живешь - и вдруг пули или осколок ставят точку в конце твоей жизни. Но если мне суждено погибнуть, я хотел бы умереть так, как этот генерал: в бою и лицом на за-пад.
Александр Матросов».

19 сентября 1943 г.
«Привет, Вера! Сегодня ночью я получил из Москвы поздравительную телеграмму от ко¬мандующего, в которой меня извещают, что мне присвоено высокое звание Героя Совет¬ского Союза! Не буду скрывать того, что я сегодня рад, как никогда! Чем выше награда, тем труднее она достается, вот поэтому-то я и еще больше торжествую. Видно, что я неплохо дрался и дерусь за свободную Советскую Ро¬дину. И в дальнейшем буду бить, жечь фашис¬тов так, как подобает герою! Привет всем моим друзьям и знакомым. Желаю вам всего наилуч¬шего. Крепко жму руки, ждите в гости.
Ваш Гриша».

На сцену выходит девушка-почтальон с пус¬той, но очень тяжелой сумкой и устало садится на краю сцены. Мужской голос за сценой поет вопросы (две первые строки ку-плета), а почтальонка отвечает.

- Почтальонка! Почтальонка!
Тяжела ль тебе сума?
- Тяжела моя сума. Тяжела моя сума.
Все газеты да газеты.
Дотащу ли их сама? Дотащу ли их сама?
Тяжела моя сума!

- Почтальонка! Почтальонка!
Далеко ль тебе тащить?
- Тяжела моя сума. Тяжела моя сума.
Все журналы да журналы.
Дотащу ли их сама? Дотащу ли их сама?
Тяжела моя сума!

- Почтальонка! Почтальонка!
Обошла ли все дома?
- Обошла я все дома. Обошла я все дома.
Разнесла газеты, письма.
Тяжела моя сума!
Обошла я все дома.
Тяжела моя сума!

- Почтальонка! Почтальонка!
А ты снимай свою суму!
- Не могу снимать суму! Не могу снимать суму!
Там на донце похоронка.
Не могу читать, кому. Не могу читать, кому.
Похоронка! Похоронка!
Серый камень на груди. Серый камень на груди.

Стопудовый на груди Стопудовый на груди.
Говорила баба Настя:
«В почтальонки не ходи!»
Почтальонка! Почтальонка!

(«Почтальонка». Слова Д. А. Сухорева Музы¬ка С. Никитина)

Одна из девушек снимает похоронку. Плачет. Подруги обнимают, пытаются уте-шить.

Он не писал с передовой, 
она - совсем подросток -
звалась соломенной вдовой, 
сперва - соломенной вдовой, 
потом - вдовою просто.

Под скрип сапог, под стук колес 
война ее водила,
 и было как-то не до слез, 
не до раздумий было.

Лежит в шкатулке медальон 
убитого солдата. 
Давно в гражданке батальон, 
где он служил когда-то.

Но так устроено уже:
не сохнет лист весенний,
не верят вдовы в смерть мужей
и ждут их возвращений.

Не то чтоб в даль дорог глядят
 с надеждою на чудо, 
что, мол, вернется он назад, 
что вот придет домой солдат 
неведомо откуда.

А просто, бед приняв сполна, 
их взгляду нет границы, 
и в нем такая глубина, 
что голова кружится

Как будто им глаза даны, 
чтобы глазами теми
всем не вернувшимся с войны 
глядеть на мир весенний.

На несколько секунд гаснет свет Звучит «Рио-Рита». Освещаются по очереди 4 юноши.

Первый (в военной форме) исполняет пес¬ню «Моя любимая». (Е. Долматовский).

Я уходил тогда в поход,
В далекие края.
Платком взмахнула у ворот
Моя любимая.

Второй стрелковый храбрый взвод -
Теперь моя семья. 
Поклон-привет тебе он шлет, 
Моя любимая.

Чтоб дни быстрей неслись 
В походах и боях, 
Издалека мне улыбнись,
 Моя любимая.

В кармане маленьком моем 
Есть карточка твоя -
Так, значит, мы всегда вдвоем, 
Моя любимая.

Второй (партизан) поет «Темную ночь». (Му¬зыка Н.Богословского. Слова В.Агапова).

Темная ночь, только пули свистят по степи, 
Только ветер гудит в проводах, 
Тускло звезды мерцают. 
В темную ночь, ты, любимая, знаю, не спишь, 
И у детской кроватки тайком 
Ты слезу утираешь.

Как я люблю глубину твоих ласковых глаз, 
Как я хочу к ним прижаться сейчас губами! 
Темная ночь разделяет, любимая, нас, 
И тревожная черная степь
Пролегла между нами.

Верю в тебя, в дорогую подругу мою.
Эта вера от пули меня темной ночью хранила...
Радостно мне, я спокоен в смертельном бою,
Знаю, встретишь с любовью меня,
Что б со мной ни случилось...

Смерть не страшна,
С ней не раз мы встречались в степи. 
Вот и сейчас надо мною она кружится... 
Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь, 
И поэтому, знаю, со мной ничего не случится!

Третий. Освещаются на табуретке солдат¬ская пилотка, пачка писем, стакан водки, на¬крытый куском черного хлеба.

Звучит голос:

Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему, как мавзолей, земля -
На миллион веков,
И млечные пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,

Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой..
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей.

Четвертый (в концлагере):

Бейте,
Бейте шомполами -
Все равно не закричу! 
На решетке, сжав зубами, 
Гайку ржавую верчу, 
На свободе быть хочу!

Вот она, друзья, смотрите! 
До нее подать рукой, 
И я знаю, 
Как мне выйти 
В мир из камеры сырой, 
Хоть и смотрит часовой.

Смотрит,
Грубо окликая,
С вышки пули сыплет вниз.
Есть ли сила в нем такая
Задержать меня -
Не знаю,
Я ведь гайку перегрыз.

Звучит «Рио-Рита».
Свет приглушается. Юноши замирают. Ос¬вещаются по очереди 3 девушки.
Первая. Сцена гашения «бомб - зажигалок», под рокот самолетов, взрывов и воз-душной тревоги. После налета возвращается домой, снимает пальто и засыпает ни сту-ле. Под пальто - белый халат. 
Вторая. Тюрьма, девушка пишет письмо и начинает читать его вслух:
«Боря, нас ночью убьют; поганые чувствуют, что им скоро конец. Я им в лицо сказа-ла, что наша возьмет. Боря, ты меня прости, что я тебя огорчила. Знаешь, не всегда так говоришь и делаешь, как хочется, а я тебя так люблю, так люблю, что не умею сказать. Боря, я сейчас прижалась бы к тебе, и ничего мне не страшно, пусть ведут. Вчера, когда очень били, я про себя повторяла: «Боренька», а им ничего не сказала - не хочу, чтобы они слышали твое имя. Боренька, ты прощай, спасибо тебе за все».
«Приближается черная, страшная минута! Все тело изувечено - ни рук, ни ног... Но уми¬раю молча. Страшно умирать в 22 года. Как хотелось жить! Во имя жизни будущих после нас людей, во имя тебя. Родина, уходим мы... Расцветай, будь прекрасна, роди-мая, и про¬щай.
Твоя Паша».
Третья. Освещаются на табуретке меди¬цинская сумка, пилотка, пачка писем, стакан водки, накрытый куском черного хлеба.

Звучит голос:
Сто раненых она спасла одна 
И вынесла из огневого шквала, 
Водою напоила их она 
И раны их сама забинтовала.

Под ливнем раскаленного свинца 
Она ползла, ползла без остановки 
И, раненого подобрав бойца, 
Не забывала о его винтовке.

Но вот в сто первый раз,
в последний раз
Ее сразил осколок мины лютой...
Склонился шелк знамен
в печальный час,
И кровь ее пылала в них как будто…

Вот на носилках девушка лежит.
Играет ветер прядкой золотистой. 
Как облачко, что солнце скрыть спешит, 
Ресницы затенили взор лучистый.

Спокойная улыбка на ее 
Губах, изогнуты спокойно брови. 
Она как будто впала в забытье, 
Беседу оборвав на полуслове.

Сто жизней молодая жизнь зажгла 
И вдруг сама погасла в час кровавый... 
Но сто сердец на славные дела 
Ее посмертной вдохновятся славой.

Погасла, не успев расцвесть, весна. 
Но, как заря рождает день, сгорая, 
Врагу погибель принеся, она 
Бессмертною осталась, умирая.

Один из юношей берет гармонь и поет «В землянке». (Музыка К.Листова. Слова А.Суркова). 

Бьется в тесной печурке огонь, 
На поленьях смола, как слеза. 
И поет мне в землянке гармонь 
Про улыбку твою и глаза. 
Про тебя мне шептали кусты 
В белоснежных полях под Москвой. 
Я хочу, чтобы слышала ты, 
Как тоскует мой голос живой. 
Ты сейчас далеко-далеко, 
Между нами снега и снега... 
До тебя мне дойти нелегко, 
А до смерти - четыре шага.
Пой, гармоника, вьюге назло, 
Заплутавшее счастье зови. 
Мне в холодной землянке тепло 
От моей негасимой любви.

Луч прожектора освещает читающего, ос¬тавляя остальных в тени. 

Мы победим. Мои - слова, 
Моя - над миром синева, 
Мои - деревья и кусты, 
Мои - сомненья и мечты.

Пусть на дыбы встает земля, 
Вопит, и злобствует, и гонит -
Меня к своим ногам не склонит, 
Как в бурю - мачты корабля.

Я буду жить, как я хочу:
Свободной птицею взлечу, 
Глазам открою высоту, 
В ногах травою прорасту,

В пустынях разольюсь водой, 
В морях затрепещу звездой, 
В горах дорогой пробегу. 
Я - человек, я - все смогу!

Гаснет свет. На сцене все десять человек. Исполняется песня «Журавли» (Слова Р.Гамзато¬ва. Перевод Н.Гребнева. Музыка Я.Френкеля). 

Мне кажется порою, что солдаты, 
С кровавых не пришедшие полей, 
Не в землю нашу полегли когда-то, 
А превратились в белых журавлей. 
Они до сей поры с времен тех дальних 
Летят и подают нам голоса. 
Не потому ль так часто и печально 
Мы замолкаем, глядя в небеса? 
Летит, летит по небу клин усталый, 
Летит в тумане на исходе дня. 
И в том строю есть промежуток малый, 
Быть может, это место для меня. 
Настанет день, и с журавлиной стаей 
Я поплыву в такой же сизой мгле, 
Из-под небес по-птичьи окликая
Всех вас, кого оставил на земле 
Мне кажется порою, что солдаты, 
С кровавых не пришедшие полей, 
Не в землю нашу полегли когда-то, 
А превратились в белых журавлей.

Во время песни юноши и девушки зажигают множество свечей. Звучит сводка от Советско¬го Информбюро об окончании войны.

Еще невнятна тишина,
Еще в патронниках патроны,
И по привычке старшина
Бежит, пригнувшись, к батальону.

Еще косится автомат 
На окон черные подвалы, 
Еще «цивильные» дрожат 
И не выходят из подвалов.

И, тишиною потрясен, 
Солдат, открывший миру двери, 
Не верит в день, в который он 
Четыре долгих года верил.

Гаснет свет. Салют. Световые эффекты. Зву¬чит «Рио-Рита». На танцевальной пло-щадке тан¬цуют две девушки. На первом плане сцены встречается пара и начинает тан-цевать. Появ¬ляется юноша в орденах, хромает. Пара деву¬шек распадается, одна начи-нает кружить с юно¬шей, а другая садится на край сцены.

Девушка:
Ах, война, что ж ты сделала, подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли -
Повзрослели они до поры,
На дорога едва помаячили
И ушли, за солдатом - солдат...
До свидания, мальчики!
Мальчики,
Постарайтесь вернуться назад.
Нет, не прячьтесь вы, будьте высокими,
Не жалейте ни пуль, ни гранат
И себя не щадите,
И все-таки
Постарайтесь вернуться назад.

Юноша:
Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:
Вместо свадеб - разлуки и дым.
Наши девочки платьица белые
Раздарили сестренкам своим. 
Сапоги - ну куда от них денешься? 
Да зеленые крылья погон... 
Вы наплюйте на сплетников, девочки, 
Мы сведем с ними счеты потом. 
Пусть болтают, что верить вам не во что, 
Что идете войной наугад... 
До свидания, девочки! 

Девочки, постарайтесь вернуться назад.

источник http://www.debryansk.ru

Светлана КАЗЕНОВА Москва

Категория: У войны не женское лицо | Добавил: vladimir50
Просмотров: 12690 | Загрузок: 0 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 4.5/4
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 174
Друзья сайта
Статистика
Яндекс.Метрика Flag Counter
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0